Любовный детектив и поединок страсти: в Астрахани поставили «Кармен-сюиту» и «Крёстного отца». Виолетта Майниеце

Эти два названия просто обречены на зрительский успех. Балетную «Кармен» просвещенный зритель знает и обожает в постановке Альберто Алонсо и в гениальном исполнении Майи Плисецкой, как и музыку Бизе – Щедрина. Постановка уже стала классикой и эталоном на века. 

Не менее знаком сюжет и персонажи «Крестного отца», благодаря знаменитому фильму Фрэнсиса Форда Копполы (1971) и двум звездным киноактерам – Марлону Брандо и Аль Пачино, сыгравшим главные роли. Ну а музыку итальянца Нино Рота к кинофильму спел или просвистел про себя каждый, кто хоть раз видел многосерийную киноленту об итальянской мафии в Нью-Йорке. Музыка просто завораживает, сама лезет в душу. Эта картина тоже классика, но в области кино. В балете тема используется впервые. 

Хореографами двойной мировой премьеры стали руководитель астраханского балета Константин Уральский, пригласивший в театр итальянца Лучано Канитто, известного своими яркими сюжетными балетами. Они даже внешне похожи. Работали душа в душу, без соперничества и зависти, но с желанием при надобности помочь. Оба любят яркие образы, стройную драматургию, занимательную интригу. Оба умеют работать с артистами не только над танцем, но главное – над музыкальностью и образом, что в наши дни на вес золота. Для них балет, прежде всего, театр танцевальный, а не простой набор замысловатых па и выкручивание суставов танцовщиков на грани фола. Ведь любой профессионал не только отлично отлаженный механизм. Его душа радуется, страдает, грустит, любит, ненавидит, сбивается с пути, пылает в горниле страсти. О треволнениях и тонких вибрациях духовной субстанции оба опытных хореографа много что знают. Они всегда готовы раскрыть душевные тайны и побуждения героев, не стремятся, притом, поразить зрителей оригинальностью любой ценой. 

Нет в премьерных балетах замысловатых, надуманных символов и хореографических ребусов, которые публике разгадать порой весьма сложно. Новые постановки очень эмоциональны и человечны. Они, особенно «Кармен-сюита», о каждом из нас. О страстях человеческих, из которых и состоит наша жизнь.  

В разном положении оказались оба хореографа. Лучано Каннито – первооткрыватель темы. В сюжетике и портретной галерее «Крёстного отца» этот южный итальянец чувствует себя как рыба в воде. Он сам выбрал тему, подобрал музыкальный материал из разных произведений Нино Рота, который звучит в записи и в исполнении оркестра. И ярко преподнес астраханцам это балетное «криминальное чтиво». 

В балете, почти что в семейном деле (художник спектакля – дочь хореографа Лара Канитто), всё стильно, узнаваемо, наивно, предсказуемо и чуть иллюстративно, как в гангстерских блокбастерах Голливуда. Но главное, образно и эмоционально достоверно, буквально начиная с первой сцены.

…В длинной очереди итальянских эмигрантов, покорно стоящих к чиновнику миграционного паспортного контроля США, уже намечены взаимоотношения и характеры. Видны будущие лидеры, назревающее соперничество, личные обиды и конфликты. Даже без танца, просто пластикой тела, как в немом кино, хореографу и исполнителям удалось показать разные национальные характеры. Каждый участник премьеры был не просто мальчиком или девочкой из кордебалета, а личностью, даже в простой драке, нападении или на свадьбе, исполняя танцы 30-х годов. О каждом из них можно долго писать. Браво астраханским артистам и репетиторам! 

Зрительный зал эмоционально реагирует на происходящее на сцене, где разворачивается настоящая приключенческая мелодрама с любовью, смертью, предательством, мафиозными разборками в нью-йоркской «маленькой Италии». Звездной парой балета стала семейная пара – Артур (Майкл) и Айгуль (Кей Адамс, жена Майкла) Альмухаметовы. Свои партии они исполняют с дикой отдачей, начиная с первого нежного знакомства и до ухода Кей с детьми от мужа – жить с убийцей она не может.  Любовь созидает, жажда власти и алчность всё разрушают…

Персонажи разных поколений семейства Корлеоне, живые и уже ушедшие в мир иной, в конце балета застывают, как на старинной фотографии, под ностальгическую, с юности въевшуюся в душу мелодию из фильма «Крёстный отец». Публика бурно аплодирует современной хореодраме. 

В более сложной ситуации оказался хореограф Константин Уральский. В сценической истории балетной «Кармен» есть эталоны и шедевры. Знаковыми стали разнообразные оригинальные постановки Альберто Алонсо, Матса Эка, Иржи Килиана, Мэтью Боурна, варианты наших соотечественников. 

Уральский смело пошёл своим путем. Испания, испанские темы давно влекут и завораживают этого эмоционального хореографа с аналитическим умом. «Кармен» для него – очень важный, знаковый балет. Один из первых на его пути хореографа. Набравшись опыта, он решил заново прочитать хрестоматийный сюжет, хотя создать «свою Кармен» так ответственно и так сложно. 

Уральский очень внимательно прочитал тексты и подтексты новеллы Мериме. И по-старинному дал подзаголовок своему балету – «Страсть на краю пропасти» в прямом и переносном смысле. Горы, мост через пропасть, по которому приходят и уходят некоторые герои, простые, минималистские интерьеры – такие декорации предложил художник Никита Ткачук, с которым хореограф создал не один балет. В концепции балета Уральский скорее отталкивался от Мериме, чем от эмоциональной музыки, хотя его хореография очень музыкальна. У Бизе и Щедрина главная героиня, несомненно, Кармен, жизнью заплатившая за любовь и свободу. Она – романтизированная, страстная испанская цыганка, колдунья и роковая женщина. Хореограф Уральский, подобно писателю Мериме, и аналитик человеческих душ, и как бы посторонний наблюдатель. Только излагает он свои наблюдения романтично и пристрастно. Его балет прост лишь на первый взгляд. Его надо не раз посмотреть, чтобы понять, что волнует хореографа. Хотя он сам и утверждает, что главный персонаж – Кармен, на сцене видим нечто иное. В «Кармен» появился персонаж, которого прежде не было в балете. Называется он просто – Страсть. Её персонифицирует танцовщица в традиционном испанском костюме. Она танцует на каблуках. Одна или в окружении мужского ансамбля из шести танцовщиков, вступая в разные взаимоотношения с героями. Страсть верховодит в этом балете. Её нельзя ни отвергнуть, ни победить, ни избежать её власти, даже если она где-то затаилась, просто сидит в стороне или распластана на столе или на земле. Она правит миром и нами, диктуя свои условия игры. И мужчинам, и женщинам – в любой стране, в любом уголке мира. Она универсальна. Хотя художница Елена Нецветаева-Долгалева придумала колоритные бытоподобные цыганисто-испанские костюмы, я бы предпочла для этой хореографической версии балета более современные наряды. Все мы – пленники страсти. Этот балет – о каждом из нас и обо всех разом. О событиях, происходящих в балете, рассказывают ежедневные криминальные сводки. И не только в Испании, куда нас направляет музыка и сюжет… 

В «Кармен» Уральского нет правых и виноватых. У каждого своя правда и жизненная позиция, своё восприятие и отношение к нахлынувшей страсти. От неё не уйти, не убежать. Она, когда хочет, приходит и уходит, не подчиняясь логике ума. Она – вне социальных условий и общественной морали. Только она свободна. Все мы – пленники иррациональной Страсти, подобно Кармен, Хосе, Тореадору. Неспроста образ Кармен стал символом и архетипом. 

По-разному Страсть действует на Кармен и Хосе. Хотя в балете несколько составов, хореографу ближе более сдержанный, внутренне эмоциональный, без откровенных выплесков «театральной испанщины». Уральский – сторонник романтической концепции, когда Страсть подкрадывается незаметно, мгновенно, подобно вспышке, ослепив героя. Единомышленника такой концепции он нашел в лице дирижера и художественного руководителя театра Валерия Воронина. Деликатно, выразительно музицирует под его управлением оркестр, без излишних всплесков и ложных форте.

Чувствами и только чувствами живет его импульсивная Кармен (Мария Стец). Она женственна, задириста, своевольна. И конечно, заманчиво хороша. Она открыта горным ветрам и южному солнцу. Нет в ней откровенной эротики, но внутри ощущается скрытый огонь. Неспроста эротичную красную розу Кармен хореограф заменил весенним цветком акации. Её тонкий аромат завораживает и будоражит. Весна – время юности, надежд, прилива сил, бессознательного зова плоти. Только каждый по-своему слышит этот весенний «зов любви». Разные чувства Кармен испытывает к Хосе и Тореадору. В их дуэтах появляются роскошные платки и шали разных цветов, символизирующие связь между героями. Ворожить такая девушка не умеет, но будет смело смотреть в лицо судьбе, подчиняясь сиюминутной роковой Страсти… 

Хосе в этой постановке (Всеволод Табачук) – юный, импульсивный, порывистый парнишка. Он однолюб и жертва ослепляющей страсти. Кармен – его первая и единственная любовь, его божество и погибель. Без неё мир рушится и теряет смысл. Такие не размышляют, а действуют, поддавшись сиюминутному порыву. Любят, страдают, убивают, не думая, а что дальше…

Холодноват, внешне декоративен высокий, худощавый Тореадор (Илья Краснокутский). Уверенный и самовлюбленный, этот идол толпы больше занят собой, чем Кармен. Для него она очередная жертва, подобно быку на арене, которого надо победить. Ему нужен адреналин на арене и в жизни. Новое приключение рождает новые эмоции, новые чувства. 

Кармен такая же эгоистка, как Тореадор. Завоевать знаменитость для девушки – увлекательная игра. Ей безразлично, чем кончится эта «коррида страсти». Что он, забыв про страсть, уйдет по мостику над бездной. Любопытство (а дальше что!?) заставляет Кармен до конца раскладывать пасьянс жизни и Страсти, смотреть ей в лицо без страха и упрека.

В «Кармен» Уральского у каждого свой диалог со Страстью. На языке классического и характерного танца. Или просто эмоциональной игры, которой так хорошо теперь владеет очень слаженная астраханская труппа. Графически и ритмически точны, образны все массовые сцены. На глазах взрослеет астраханский балет, каждый год показывающий интересные премьеры. Ему сейчас действительно подвластны и поединок страсти, и любовный детектив.