Письма о балете: создание новых балетов

Русский балетный театр, начиная с его первых дней, был живым развивающимся видом искусства. Не случайно его слава прошла через века, и по сей день мы с гордостью говорим о себе: «Русский балет». 

Именно нашему балету принадлежит создание великих названий: «Лебединое озеро», «Спящая красавица», «Ромео и Джульетта», «Спартак» и многие другие. Многие из балетов, созданных в XIX веке, сегодня стали классикой, но для того времени они были новаторскими, и именно этим путём продолжалось развитие русского балетного театра. Наш театр выступал одним из лидеров создания балетных спектаклей языком классического танца.

Но классический балет – это не музей. Язык классического танца постоянно обогащается, принимая в себя не только развитие технических элементов, но и впитывая влияние элементов других форм танцевальных школ. При этом важно, что спектакли остаются классическим балетом и не переходят в форму модерн-танца. 

Влияние современных спектаклей, поставленных в технике школ модерн-танца, бесспорно. Они стали завоёвывать популярность во второй половине XX века, пришли и на сцены больших театров. Наступил момент популярности приглашения хореографов модерн-танца для постановок в балетные труппы мира. Наверное, не желая терять возможности получения контракта на постановки, хореографы профессионально и грамотно владеющие языком классического танца, стали как бы подстраиваться под новую волну, внося в язык своих балетов элементы модерн-танца. Было ли это правильным путём поиска новых образных решений спектаклей? 

Язык классического танца очень богат. Постоянно развиваясь, он впитывает в себя новое, постепенно отторгая то, что мешает ему оставаться чистым, красивым языком, но развивается вместе с тем, что его обогащает. А вот как и что его обогащает – это серьезный вопрос. Классический балет – это язык красоты, это язык эмоции и действия, через который хореограф, оставаясь в рамках классического танца, передаёт сюжет спектакля или симфонию музыкальной партитуры.  

Мало что изменилось в человеческих чувствах со времён зарождения искусства балета. Чувства любви, боли, ненависти, горя и утраты остаются такими же. Изменилась эстетика, изменился мир вокруг нас, но не изменились наши чувства.

Жанр балета – это атлетический вид искусства, и поэтому с малых лет мы тренируемся, чтобы достичь совершенства не только в красоте тела, но и в чистоте технического исполнения элементов классического балета. Но всё это создано для передачи красоты, эмоции или содержания действия спектакля. Когда же основной задачей постановки становится показ сложных технических моментов для восхищения зрительного зала, а не нахождение образного языка, или набор интересных танцевальных элементов, зачастую уходящих далеко от формы языка классического танца, это переходит в другой жанр. 

Это не значит, что этот жанр лучше или хуже. Он просто другой, и у него есть свои зрители, поклонники, любители.  Мы должны уметь уважать и понимать оба вида балетного искусства, но не надо замещать один вид другим. 

Русский балетный театр всегда славился не только своей техникой, но и глубоким психологизмом и драматизмом спектаклей. В этих спектаклях славились исполнители-артисты именно русской балетной школы. Их безупречная техника сочеталась с глубоко психологичным, эмоциональным прочтением роли. Потеря этих качеств на сцене и переход в чисто техническое исполнение партий – это потеря русского балетного театра, его почерка, его индивидуальности.

К сожалению, уход от осмысленности чувства в движении приводит и к проблемам в образовании классического танца. Это отдельная тема для разговора, но могу сказать, работая с выпускниками многих школ мира, я вижу, как состояние их тренинга приводит к тупому выполнению движения. И Лебедь перестаёт быть Лебедем… 

Константин Уральский