Письма о балете: мастерство и индивидуальность артиста

Балет – это вид театрального искусства. Театр – это мир, в котором мы приглашаем зрителя в наш спектакль, в нашу историю, даже если этот балет не имеет сюжетной линии. Роль зачастую требует не только технической и актёрской подготовки, требует понимания образа, жизненного опыта. 

Как понять, готов ли артист выполнить эту задачу? Повести за собой зрительный зал, пронизав хореографический текст своей краской, своей индивидуальностью? Как вырастить эту индивидуальность?

В последнее время очень часто в балетных спектаклях видишь посредственных исполнителей сольных партий. И технически – недотянуто, и актерски – никак. Так сказать, «серенько». 

Невольно вспоминаешь, как готовились к ролям в спектаклях замечательные танцовщики прошлых поколений. Как непросто получали они свои назначения от руководителей балета. Какой большой процесс проходили они со своими педагогами репетиторами. Как долго готовились к дебюту. Какая радость была от проделанной работы, от удачного дебюта. Что изменилось?

В театр приходит способная молодая девушка или юноша. Вырастить этот талант в солиста – это ответственность руководителя и педагога. Процесс непростой, только грамотный поступательный ввод в сольный репертуар может привести к положительному результату. И тут самым важным человеком должен стать педагог-репетитор. Именно этот человек может точно оценить технические возможности и рост артистки или артиста, иногда доказывая необходимость ввода на партию, а иногда приостанавливая в своих назначениях руководителя труппы. 

Исполнения заглавной партии – это не только набор технических элементов, это прожитая на сцене маленькая жизнь. Жизнь, в которую должен поверить зритель и которую он должен прожить вместе с действием, состоявшимся на сцене. 

Часто мы спешим дать роли молодым артистам. Оправдываем их серость на сцене юным возрастом, малым количеством репетиций, нехваткой артистов в труппе. Серость переходит из спектакля в спектакль, выполнение технических элементов остаётся на не высоком уровне, актерские прочтения роли неинтересны. Но с этим зачастую изменяется и отношение к работе молодого дарования. Развязное поведение молодой «звезды» мешает работе. Потеря контакта с педагогом, игнорирование замечаний, потеря поиска – и, как результат, многие выглядят как пенсионеры, ещё не достигнув своего 30-летия.

Конечно, я сгустил краски. Очень много молодых способных людей добиваются большого успеха. Многим не достаётся это «лакомый кусочек» – попробовать. Многие теряются в ожидании надежды. Не встретили в жизни своего хореографа, верящего в тебя педагога, или упустили свой шанс.

Для меня ответственность перед молодыми артистами, прежде всего, лежит на педагоге. Умение увидеть, понять и воспитать – это дар необходимый педагогу-репетитору. Терпение и большой труд, процесс о котором я писал в прошлом письме.

Я очень люблю работать с молодыми. Многие, в кого я поверил, сегодня украшают не только сцену театра где я служу, и успех всех, с кем я работал, всегда приносит мне радость. Радость от того, что не ошибся, что правильно выстроил их путь к ведущим партиям. Ведь этот творческий путь берет годы – годы, прожитые вместе, где бы ни были сегодня артисты.

В окончании этого письма немного из истории Русского императорского театра. Очень любимый мною фрагмент из воспоминаний Матильды Кшесинской о её разговоре с Мариусом Ивановичем Петипа.

«Выслушав мою просьбу о балете «Эсмеральда», он спросил: «А ты любил?» Я ему восторженно ответила, что влюблена и люблю. Тогда он задал второй вопрос: «А ты страдал?» Этот вопрос мне показался странным, и я тотчас ответила: «Конечно, нет». Тогда он мне сказал то, что потом я вспоминала часто. Он объяснил, что, только испытав страдания любви, можно по-настоящему понять и исполнить роль Эсмеральды. Как горько я потом вспоминала его слова, когда выстрадала право танцевать Эсмеральду, и она стала моей лучшей ролью».

Константин Уральский

На фото - Мария Стец в авторском балете Константина Уральского «Пиаф. Я не жалею ни о чём»